Статьи по дате

The Washington Post | 7 июня 2004 г.

В российском регионе исчезают молодые мужчины

Питер Бейкер

Прокурор, расследовавший роль тайной полиции, - один их тех, кто числится пропавшим без вести в Ингушетии

Молодые мужчины начали исчезать в Ингушетии несколько месяцев назад, один за другим, часто бесследно. Прокурор Рашид Оздоев заподозрил заговор: возможно, похищения - дело рук не обычных преступных группировок, а одной из российских правоохранительных структур.

Затем исчез и сам Оздоев. Выйдя из самолета по возвращении из Москвы, куда он отвез доклад, содержащий критику предполагаемых нарушений со стороны этой структуры, Федеральной службы безопасности, Оздоев сел в свою машину, уехал, и больше его никто не видел.

Этот случай поверг в трепет Ингушетию, уже встревоженную недавней волной похищений и насилия. Поиски пропавшего прокурора ничего не дали, расследование ни к чему не привело. Никого в службе безопасности не допросили. Некоторые из коллег Оздоева говорят, что, возможно, спецслужба похитила возмутителя спокойствия, чтобы заткнуть ему рот, и они чувствуют себя бессильными что-либо предпринять.

"Похоже на то, что его забрали спецслужбы, - сказал его друг и коллега Михаил Ахилиев шепотом в коридоре прокуратуры, где это не является официальной версией. - Все говорят, что ничего не знают. Это как стена. Рашида нет".

Пресс-секретарь ФСБ отверг обвинения в том, что за исчезновением стоит спецслужба. Но это не ослабило подозрения и вновь привлекло внимание к растущей роли наследницы КГБ в России. ФСБ наращивает силу уже четыре года, с тех пор как ее бывший директор Владимир Путин стал президентом России.

В таких местах, как Ингушетия, граничащая с охваченной войной Чечней, ФСБ действует со все большей безнаказанностью, не испытывая противодействия со стороны местного правительства, которое возглавляет бывший офицер КГБ и союзник Путина. За последние полгода исчезло как минимум 40 человек, главным образом чеченцев и ингушей, утверждают правозащитники, подозревающие, что к этому причастна спецслужба.

"У нас здесь Бермудский треугольник", - сказал телохранитель другого ингушского прокурора. В действительности, признал он, исчезло намного больше 40 человек. Он попросил не называть его имя. "Мы следим за тем, что говорим. Чем меньше говоришь, тем безопаснее".

Похоже, что Рашида Оздоева упорно ищет только его отец Борис, который убежден в том, что его 27-летний сын стал жертвой ФСБ и никто не хочет лезть в это дело из страха стать следующей жертвой. "Это возмутительно, - заявил Борис Оздоев. - Власть ФСБ огромна".

"Чем они отличаются от террористов? - спросил он, пожаловавшись на то, что агенты ФСБ не подчиняются закону. - Единственная разница в том, что у них есть государственная крыша".

60-летний Борис Оздоев вовсе не радикал. В советские времена он два десятилетия был судьей, а затем членом регионального парламента. Оздоев и его родственники посвятили жизнь поддержанию порядка в богатом нефтью горном регионе. Его второй сын - офицер ФСБ.

К марту, когда Рашид исчез, у него за плечами было 10 лет государственной службы, он дослужился до заместителя старшего прокурора. Работая в скромном кабинете на третьем этаже здания прокуратуры, он за полгода подготовил три доклада с острой критикой в адрес ФСБ, сообщил его отец, который, по его собственным словам, убеждал сына не делать этого ради своей безопасности.

В одном из докладов, двухстраничном меморандуме, отправленном главе местной ФСБ полковнику Сергею Корякову, он обвинял спецслужбу в том, что она прекратила расследование трех взрывов в Ингушетии в 2002 году. ФСБ иногда обвиняют в том, что она инсценирует теракты по политическим мотивам, а затем отрицает свою причастность.

По словам Бориса Оздоева, последним был 14-страничный доклад о злоупотреблениях ФСБ. Его сын отвез доклад в Москву и вернулся в Ингушетию 11 марта. Он привез DVD с фильмом "Последний император" и собирался ехать к своему другу Михаилу Ахилиеву смотреть его. Но не доехал.

"Мы всюду ездили, спрашивали, - сказал Ахилиев. - Ни машины, ни его".

По словам Бориса Оздоева, его расследование исчезновения Рашида вывело прямо на Корякова. Оздоев сказал, что другой его сын нашел машину Рашида, зеленую "Ладу", в гараже ФСБ, но затем ее оттуда увезли. До Оздоева дошли слухи, что похитителями были офицеры ФСБ.

По местному ингушскому обычаю, Оздоев и другие старейшины семьи встретились с одним из офицеров ФСБ и его родственниками. По словам Оздоева, на этой встрече офицер признался в причастности и сказал, что провести операцию приказал Коряков.

"Они инсценировали ДТП и остановили машину Рашида", - сказал Оздоев. Затем похитители схватили Рашида, посадили его в другой автомобиль и увезли, а остальные убрали с места происшествия зеленую "Ладу", рассказал им офицер ФСБ. "Он не знал, почему. Он получил приказ лично от Корякова".

Родственник Бориса, 65-летний экономист на пенсии Муса Оздоев, подтвердил, что он был на встрече и слышал признания офицера ФСБ. "Он сидел в другой машине. Он сказал: "Я был водителем". Об остальном позаботились другие", - сказал Муса.

Коряков почти две недели отказывался от личного или телефонного интервью, ссылаясь на занятость, но пресс-секретарь ФСБ отрицал, что полковник отдал приказ о похищении Оздоева. "Если бы он это сделал, его бы немедленно уволили", - заявил пресс-секретарь Алексей Байгушкин. Он назвал обвинения пропагандой террористов, за которыми охотится ФСБ. "Вы должны понимать, что бывают моменты, когда террористы используют не только взрывные устройства, но и информационные каналы".

Дело Оздоева возникло в момент, когда правозащитники и местные жители все чаще выражают озабоченность тем, что война выплескивается из Чечни в Ингушетию. По данным, собранным родственниками, более десятка людей ранены или убиты, некоторые казнены.

В начале марта вооруженные люди остановили машину у села Алтиево, вытащили из нее пассажиров и застрелили одного из них, а затем открыли огонь по другой машине, оказавшейся на месте преступления, и убили 24-летнюю женщину. Правозащитная организация "Мемориал" нашла доказательства того, что это были офицеры ФСБ.

В начале апреля террорист-смертник попытался убить президента Ингушетии Марата Зязикова, врезавшись на машине, начиненной взрывчаткой, в его кортеж, но Зязикова спас бронированный "Мерседес".

Похищения устраиваются по образцу Чечни, власти которой постоянно обвиняют в том, что людей хватают среди ночи.

В декабре 29-летний Башир Муцолгов был схвачен вооруженными людьми в камуфляже и масках, выскочившими из машины недалеко от его дома в Ингушетии, рассказывает его брат Магомед. Башира с тех пор не видели, и, по словам его брата, его знакомые в ФСБ сообщили ему, что ответственность лежит на спецслужбе. "Таких случаев очень много", - сказал 30-летний Магомед.

Сына Мухамеда Яндиева, 24-летнего Тимура, забрали в Ингушетии в марте шесть человек в масках и камуфляже. "Если те, кто его схватил, знают о каком-то преступлении, они должны сказать мне", - заявил 63-летний Яндиев. Но прошло уже много времени, и он боится, что сына нет в живых. "Я начинаю сомневаться. Либо его пытают где-то в подвале, либо его уже нет среди нас".

Власти называют эту проблему частной. Зязиков, бывший офицер КГБ, ставший президентом Ингушетии, заявил в интервью, что знает только о семи исчезновениях. Но он признал, что федеральные силы пытались проводить зачистки, как в Чечне, но он их остановил.

"Мы этого не приемлем. Мы не хотим воевать, - сказал он. - Нам нужны стабильность, мир и взаимопонимание".

Зязиков, правительство которого восстанавливает школы, мосты и дома и иногда отправляет чеченских беженцев в Чечню, отказался комментировать обвинения против ФСБ, но сказал, что все исчезновения расследуются.

Официальное расследование исчезновения Рашида Оздоева зашло в тупик. Старший следователь Нурди Доклаев заявил, что не может исключить причастность ФСБ, но не имеет возможность опросить Корякова и других офицеров, так как спецслужба в письменном виде заявила, что ей ничего не известно об исчезновениях. "Я получил от них официальный ответ, что они не располагают никакой информацией, - заявил Доклаев. - Как я могу пойти к ним, если у меня нет доказательств?"

По словам Доклаева, он сомневается в том, что доклады Оздоева стали причиной, по которой ФСБ его похитила, так как они не представляли особой важности. "Если бы он исчез из-за докладов, нас бы никого тут не было", - сказал он. Но он добавил, что родственники Оздоева, имея сына в ФСБ, могут сами раскрыть преступление.

Именно это и пытается сделать Борис Оздоев. Будучи много лет судьей и законодателем, он обзавелся широким кругом знакомств и нашел людей, которые продают ему информацию. Ему сообщили, что сына держали в Чечне, но на прошлой неделе перевезли в другое место.

"Я ищу своего сына всеми возможными способами, - сказал он. - Я рассказываю людям о том, что здесь происходит, чтобы избежать появления новой Чечни".

Источник: The Washington Post


facebook

Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
При любом использовании материалов сайта гиперссылка (hyperlink) на InoPressa.ru обязательна.
Обратная связь: редакция / отдел рекламы
Подписка на новости (RSS)
Информация об ограничениях
© 1999-2024 InoPressa.ru