Статьи по дате

Financial Times | 17 марта 2003 г.

Марс ? Венера через Атлантику

Лайонел Барбер

Война США против Ирака еще не началась, но список потерь становится все длиннее. Блок НАТО. Европейская единая внешняя политика и политика в сфере безопасности. Некоторые полагают, что к этому списку можно добавить и систему коллективной безопасности, созданную после Второй мировой войны.

Пострадавшие нанесли раны преимущественно сами себе. Канцлер Германии Герхард Шредер на прошлогодних выборах цинично разыграл пацифистскую карту и пробился к власти. Но он вытолкнул Германию на обочину и подверг риску 50-летнюю дружбу с США. Засада, которую французы устроили в этом году госсекретарю Колину Пауэллу, унизила важнейшего союзника Европы и вынудила его присоединиться к сторонникам войны.

Есть за что упрекнуть и президента Джорджа Буша. В его видении мира ? по крайней мере, в версии для общественности и гостей Белого дома ? страны слишком легко оказываются "хорошими" или "плохими". Тон его речей очень часто становится едким.

Соблазнительно считать, что разрыв в трансатлантических отношениях давно должен был произойти и ждал своего часа. Так американский аналитик Роберт Каган, автор книги "О рае и силе. Америка и Европа в контексте нового мирового порядка", популяризирует идею, что между играющими мускулами американцами, живущими на Марсе, и изнеженными европейцами на Венере существует почти непреодолимая пропасть в сфере идеологии и представлений о силе.

В концепции новых консерваторов почти не остается места для "атлантистов", верящих в продуктивность сосуществования американской сверхдержавы и сильной Европы, имеющей собственные политические и экономические институты. Именно "атлантическая" точка зрения была ядром внешней политики Джорджа Буша старшего, когда они с госсекретарем Джеймсом Бейкером успешно справились с окончанием холодной войны и объединением Германии в рамках НАТО и Европейского союза.

Так как же нам идти вперед? Является кризис вокруг Ирака примером трений, периодически возникающих в трансатлантических отношениях, или он сигнализирует о том, что наши пути действительно расходятся? Прежде всего, необходимо встать выше личных конфликтов и разобраться в основополагающих причинах нынешних разногласий. Пожалуй, важнейшая из них ? изменение геополитической среды, прежде всего связанное с окончанием холодной войны и усугубленное терактами 11 сентября 2001 года. Европейцы осознали эти изменения намного позже, чем американцы.

Германия, которая в былые времена находилась в центре борьбы между западной демократией и советским коммунизмом, оказалась на обочине. Вооруженные силы страны, находившиеся на переднем крае противостояния Советской армии, сегодня фактически не имеют никакого значения. В каком-то смысле демократическая, миролюбивая Германия соответствует целям западной политики после Второй мировой войны. Однако кое-кто из нас надеялся, что Берлинская Республика возьмет на себя больше ответственности, а не превратится в большую Швейцарию.

Вторая глубинная причина заключается в создании единого европейского рынка и введении евро. Построение единой Европы неизбежно влекло за собой разговоры о европейской модели и европейской идентичности. Усиливается соблазн оценивать эту модель в сравнении с США и говорить о противовесе власти США. Президент Франции Жак Ширак ? не единственный лидер, использующий в рассуждениях подобные категории. Это привычная лексика брюссельских еврократов.

В нынешнем кризисе поражает то, что разделение в Европе происходит скорее между правительствами, а не между народами. Британия, Испания и Италия объединились с жителями Центральной и Восточной Европы против Франции и Германии. Но результаты опросов общественного мнения дают основание считать, что общество, в том числе и британское, относится к войне с гораздо большей долей скепсиса, чем некоторые лидеры. Есть достаточно свидетельств и того, что американское общество далеко не так едино по отношению к войне, как администрация. Опросы общественного мнения показывают, что явное большинство предпочло бы воевать вместе с союзниками.

Но самая главная причина кризиса в отношениях заключается в том, что США являются гегемоном и, следовательно, мишенью для критики и нападок во всем мире. И это тоже не новость. Этот фактор существует последние 12 лет. Особенность сегодняшнего дня такова, что президент Буш не только обладает устрашающей военной мощью, но и готов ее использовать в ответ на угрозу.

Президент и его советники по вопросам национальной безопасности намерены изменить мировой порядок, сложившийся после Второй мировой войны, прежде всего в ответ на новые угрозы, которые представляет сочетание радикального ислама и оружия массового уничтожения. Поэтому они настояли на выходе из договора по ПРО и возвели право превентивного удара в ранг стратегической доктрины.

Встав выше унижений в связи с Ираком, Европа и весь остальной мир будут вынуждены смириться с властью Америки. В краткосрочной перспективе тем, кого волнуют отношения между США и Европой, нужно надеяться на недолгую войну и отсутствие репрессалий между союзниками (хотя г-ну Шредеру стоило бы обсудить с Вашингтоном вывод американских войск из Германии и развертывание выведенных частей в Центральной и Восточной Европе).

В среднесрочной перспективе проверкой для Америки станет ее способность не вступать в коалиции, которые ставили бы под вопрос или ограничивали ее власть. В этой сфере, несмотря на заслуги в борьбе против Саддама Хусейна, администрация Буша пока терпит яркие поражения. В результате проигрываем все мы.

Источник: Financial Times


facebook

Inopressa: Иностранная пресса о событиях в России и в мире
При любом использовании материалов сайта гиперссылка (hyperlink) на InoPressa.ru обязательна.
Обратная связь: редакция / отдел рекламы
Подписка на новости (RSS)
Информация об ограничениях
© 1999-2024 InoPressa.ru