Tagesspiegel | 30 декабря 2002 г.
Большая обида
Бернд Ульрих
Путин делает из чеченцев исламистов и тем самым наносит ущерб нашей безопасности
Легче всего сказать: какое нам дело до того, что российская армия со своими варварскими методами все глубже погружается в конфликт с чеченскими террористами, действующими еще более варварскими методами? Но на холодном языке политических интересов это звучит так: на чеченцев мы, европейцы, имеем незначительное влияние. И мы не можем оказать действенное давление на русских, так как у них огромные арсеналы ядерного оружия. Поэтому для нас гораздо важнее стабильность этого государства, чем государственная самостоятельность какого-то горного народа, который к тому же использует в борьбе террористические методы.
Можно было бы просто покачать головой в ответ на упрямство Владимира Путина в отношении чеченской политики, которое прямиком ведет к ситуации, уже известной по Ближнему Востоку. Победить он не может, серьезно вести переговоры ? не хочет, гарантировать безопасность своих людей в Грозном и даже в Москве способен в такой же малой степени, как Ариэль Шарон в Израиле. Итак: мир сошел с ума, но что нам до этого!
Даже если отрешиться от того, что нарушения прав человека и терроризм не могут и не должны оставлять демократические правительства равнодушными, мы в данный момент видим, что там, где-то на краю карты мира, возникает нечто новое ? агрессивный исламизм, не признающий национальных границ. Ведь чеченский конфликт поначалу был настолько же мало исламским, как конфликт в Палестине. Тем не менее оба эти конфликта развиваются по пути исламизации. Это касается и методов борьбы, а именно самого действенного инструмента палестинцев и чеченцев ? терактов в исполнении камикадзе. Предпосылкой этого самого коварного и одновременно самого эффективного инструмента противника, более слабого в военном отношении, является идеология мученичества. Так, "оптимальное" оружие нуждается в исламской идеологии, а она, в свою очередь, порождает новых преступников.
Таким образом, агрессивный исламизм унифицируется, становится более радикальным и распространяется. Для серьезных наблюдателей понятно, что борьба против международного терроризма представляет интерес и непосредственно для немцев, поэтому германское правительство больше, чем до сих пор, должно бы интересоваться чеченской политикой Владимира Путина. Израильская позиция по Ближнему Востоку еще может найти понимание, но не поведение главы российского государства, который не хочет делать никаких выводов из ближневосточного прецедента. Руководителю гигантского государства отказ от его курса дался бы гораздо легче, чем премьеру маленького Израиля. Путин мог бы выбить почву из-под ног чеченского терроризма сочетанием полицейской твердости и политических шагов.
Кроме того, чем дальше заходит конфликт, тем менее он опирается на реальные проблемы чеченского народа и все более становится составной частью масштабной инсценировки: подавляемый, смиренный ислам героически защищается себе от Запада и всего, что так или иначе с ним связано.
Эта гигантская инсценированная обида уже неизлечима, любые мероприятия и взаимные уступки бесполезны. Она уже не хочет не только маленьких шагов, но и какого бы то ни было значительного жеста, она хочет лишь победы, которую не получит. Абстрактный революционный исламизм, ненасытный и равнодушный, тем самым влияющий на жизнь конкретных людей, действительно ведет к столкновению культур.
При этом жесткий, неумный курс Путина наносит ущерб нашей безопасности. Было бы прекрасно, если германское правительство наконец найдет подходящую форму, чтобы сообщить ему об этом.
Обратная связь: редакция / отдел рекламы
Подписка на новости (RSS)
![](http://static.newsru.com/v2/img/reuters.gif)